сериал Ферма Кларксона 1 сезон

Существует некая завораживающая, почти гипнотическая сила в наблюдении за пляшущим пламенем, неумолимо текущей водной стихии, или, как ни парадоксально, за грандиозным провалом, – за той самой "эпической лажей", ставшей универсальным строительным блоком повествования. Вспомните любой масштабный катастрофический эпос – "Титаник", например. Зарождение трагедии часто сопряжено с цепочкой событий, порождающих всё более масштабные последствия, сплетение рока, причин и следствий, самой сущности бытия. Или, скажем, кинематографический мир супергероев: предстает перед нами некое бедствие, и на сцену вступает герой, отчаянно стремящийся обуздать хаос, восстановить хрупкий баланс. Без подобного столкновения, без героического противостояния, мир без "эпических лажей" и их устранителей был бы лишен динамики и притягательности. Даже в комедии, например, в "Полицейской академии", гротескный провал служит отправной точкой для комичной деградации, когда персонажи, вместо борьбы с неудачами, устремляются в пучину абсурда, а антагонисты, в свою очередь, тщетно пытаются вернуть скучную, однообразную реальность. И в этом сталкивании двух противоположных стремлений рождается напряжение, интрига, ожидание развязки. Сериал "Ферма Кларксона" является своеобразной иллюстрацией этого принципа, однако в весьма специфической манере. Джереми Кларксон, с присущим ему эксцентричным колоритом, на протяжении всего шоу творит немало странностей, однако этим «подвигам» не хватает той самой эпичности, той глубины, которая делает историю по-настоящему захватывающей. Иными словами, его промахи не ведут к глобальным потрясениям, не обрушиваются на героя трагическими последствиями. Вместо разрыва отношений с близкими, Кларксону не пришлось продавать ценное наследство, чтобы расплатиться по кредитным обязательствам. Самым драматичным моментом, пожалуй, стала нелепая ситуация, когда овца во время стрижки нанесла ему неожиданный удар между ног – скорее комичная, чем душераздирающая. Безусловно, зрелый мужчина нуждается в уважении, но случайная травма не могла сравниться с эпическим падением. В сериале отсутствовал тот самый антигерой, тот "голос разума", который мог бы сдерживать непредсказуемые выходки Кларксона. Ведь, по сути, именно он являлся источником хаоса, постоянно нарушая установившийся порядок, посягая на спокойствие окружающих. В прошлом, в "Топ Гир" и "Гранд Тур" подобный буйный нрав уравновешивался другими участниками, но в этом проекте Кларксон остался один на один со своими порывами. И, как ни парадоксально, самого Кларксона, кажется, не хватило прежней энергии для отрыва от обыденности. Время оставило свой отпечаток, и, вместо грандиозного провала, он демонстрирует мелкие оплошности, характерные для зрелого мужчины. Он поглощен обыденными темами, которые обычно обсуждают на автобусных остановках: погода, соседи, молодежь, бюрократия, и, конечно, всемирная пандемия. В результате, "лажа", творимая Кларксоном на его ферме, не достигает того уровня эпичности, который наблюдается в настоящем мировом кризисе, – и это, на самом деле, должно быть наоборот. В целом, я бы охарактеризовал этот сериал как "легковесный" и "непримечательный". Мне не хватило глубины и драматизма конфликта, не было напряженности между персонажами, они не сталкивались с непреодолимыми трудностями, не теряли всё, чтобы затем восстать из пепла. Повторяющийся из серии в серию эпизод неудач Кларксона стал предсказуемым, и я заранее знал, чем закончится каждый сюжетный поворот. Это "лажа" не порождала дополнительных последствий, не поглощала всё вокруг. Это эпическая "лажа" сценаристов и создателей сериала, - надежды были гораздо выше, а конечный результат не смог их оправдать. Смотреть было не так интересно, как я ожидал.

Когда в проекте появляется Джереми Кларксон, можно смело ожидать чего-то исключительного, и эта дилогия не стала исключением. Первоначально, возникла надежда на возвращение привычной триады, однако захватывающая сюжетная линия оказалась настолько увлекательна, что все ожидания рассеялись – оставалось лишь погрузиться в просмотр с искренним наслаждением. Ведь когда за руль берет Джереми, предсказуемость уходит на второй план. Его специфический взгляд на вещи и нестандартный подход к решению задач всегда добавляют проекту неповторимый колорит. В данном случае, однако, Кларксону предстоит осознать, что самодеятельность, особенно в столь деликатной сфере, может не только оказаться неэффективной, но и нанести ущерб. Ему придется подчиниться установленным протоколам и овладеть совершенно новым, ранее незнакомым ремеслом. К счастью, его предубеждения в отношении техники быстро рассеются, ведь он в целом знаком с принципами работы механизмов, и тяжелого труда ему не предстоит. Главное – постичь тонкости, отработать специфику и уловить нюансы крестьянского промысла, чтобы добиться успеха. И, конечно, без фирменных выходкам Джереми Кларксона не обойтись – его неповторимое обаяние и склонность к неожиданным решениям несомненно оживят повествование, добавив ему искреннего юмора и позитива. Для преданных поклонников "Топ Гир" и "Гранд Тур" – это абсолютный must-see, даже несмотря на отсутствие привычных роскошных автомобилей. Это свежий взгляд на знакомое, увлекательное и невероятно забавное приключение.

После десятилетий, посвященных безудержной радости и страсти к автомобильному миру, легендарная фигура Джереми Кларксон наконец-то вернулся в родные пенаты, где его ожидает совершенно иной, совершенно новый образ жизни. Оставив позади бурные сезоны «Топ Гир» и «Большого тура», харизматичный телеведущий ныне склонился над землевладением и фермерским трудом, занимаясь возделыванием земли и окормлением скота. Ещё во время его путешествий в составе "Большого тура" мелькали намеки на обширные владения, как будто подбрасывая зрителю ключи к будущей главе в его биографии. Пришло время для умиротворения, для заслуженного передышки от адреналина гонок и острых высказываний. Как и положено человеку, обладающему яркой индивидуальностью, Кларксон с энтузиазмом и какой-то неортодоксальной долей деструктивной энергии, свойственной, как шутливо отмечают, природе шимпанзе, взялся за новые задачи. Однако, со временем, он все глубже постигает тяготы и сложные перипетии, сопровождающие жизненный путь тех, кто обеспечивает нас продовольствием. Естественно, не обошлось без привычного Кларксонского масштаба. Покупка трактора, причем трактора, выдержанного в стиле его прежних страстей – Lamborghini, стала своего рода символическим акцентом его нового образа жизни. Это решение – заявка на то, что фермерство для Джереми Кларксона будет далеко не рутинным занятием. Чем же обернется этот дерзкий эксперимент, эта смелая попытка совместить неукротимую страсть к скорости и умиротворение сельского быта? Ответ на этот вопрос мы сможем дать только тогда, когда наступит осень и станет возможно пересчитать выкормленных цыплят – когда плоды его труда предстанут перед нами в полной мере. Будущее фермерских владений Джереми Кларксона, несомненно, таит в себе немало увлекательных сюрпризов.