сериал Гримм 6 сезон

Позвольте поразмышлять над вопросом о стоимости положительных отзывов в современном медиапространстве, ибо, честно говоря, созерцание данного сериала породило во мне глубочайшее недоумение, граничащее с легкой истерией. Как можно, осознанно, хвалить это произведение? Что за ментальный дефект должен поколебать разум, чтобы признать его достойным внимания? Начну с того, что мои ожидания от этого сериала были, мягко говоря, скромными. Первый сезон, будучи своеобразной отправной точкой, продемонстрировал излишнюю однообразность. Сюжетные нити сплетались по предсказуемой формуле: обнаружение трупа, последующее расследование, отыскание нового, необычного существа и, наконец, торжество справедливости. В перспективе, на заре повествования, не было необходимости придираться к таким мелочам. Однако с течением времени, с каждым новым сезоном, картина приобретала все более удручающие черты. Герои, некогда представлявшие собой хоть некое подобие индивидуальности, с каждым эпизодом погружались в пучину нелепости, демонстрируя поразительную степень деградации интеллектуальных способностей. Если в начале второго цикла мы могли сопереживать главному герою, терзаемому переживаниями о своей возлюбленной, то к шестому сезону его образ вызывал лишь отвращение, как результат чудовищной, немотивированной трансформации. Персонажи, в подавляющем большинстве, оказались плоскими и картонными, лишенными хоть малейшей логики в своих поступках. Их мотивы представляются абсурдными, а действия не подчиняются никакой последовательности. Добрые герои внезапно превращаются в злодеев, и наоборот, подчиняясь капризным решениям сценаристов, стремящихся лишь к краткосрочному росту рейтингов. Ник, идейный вдохновитель и, как оказалось, ключевой игрок, первоначально проявляет удивительную наблюдательность, улавливая то, что ускользает от внимания окружающих. Однако этот потенциал вскоре угасает, и он деградирует до уровня наивного простака, лишенного здравого смысла. Затем ему, будто бы шутя, даруют новые, необъяснимые способности, которые он использует крайне нерационально. В финале же он превращается в импульсивного, неадекватного индивидуума, блуждающего в бесцельной ярости. Вместо того, чтобы использовать накопленный опыт и арсенал средств, он становится орудием хаоса, сеющим панику и несправедливость. Ирония заключается в том, что, несмотря на свой детский уровень мышления, он умудряется совершать аресты и отправлять существ на верную гильотину, игнорируя их уникальные особенности. Джульетта, он же Ева, возлюбленная Ника, остается заложницей сюжетной линии, не получая возможности раскрыть свой потенциал. Сценаристы намеренно лишают ее возможности проявить себя, создавая образ, лишенный глубины и живости. Лишь в конце четвертого цикла она начинает вызывать интерес, но эта надежда тут же рушится под натиском нелепых сюжетных поворотов. Хэнк, напарник Ника, кажется, существует исключительно для соблюдения политической корректности. Ву, офицер, пытается разрядить обстановку шутками, которые вызывают лишь неловкое молчание. Моно и Розали, существа, напротив, привносят в повествование теплоту и очарование, за их взаимоотношения искренне веришь. Ренар, шеф Ника, наполовину колдун и представитель королевской семьи, не демонстрирует никаких магических способностей, его персонаж остается окутанным туманом недосказанности. Сценаристы, по всей видимости, принимают решения о его дальнейшей судьбе методом гадания на ромашке, определяя его моральный облик случайным образом. Адалинда, блондинка, предстает перед нами воплощением стереотипной женственности, ее поведение соответствует ее внешности. Ее предполагаемые магические способности остаются неясными, она постоянно переходит на сторону зла или добра, не осознавая истинных мотивов своих поступков. Бад, существо, обладает обаянием и остроумием, но его экранное время ограничено, а его история остается нераскрытой. Тереза/Беда, еще одна Гримм, могла бы стать великолепным главным героем, вызывая глубокое сопереживание и демонстрируя превосходящие способности. Однако, как и Джульетта, она подвергается жестокой сюжетной экзекуции, не получив возможности полностью реализовать свой потенциал. Не стоит ждать от данного сериала неожиданных сюжетных твистов или захватывающих поворотов. Все предсказуемо, за исключением, разумеется, действий главных героев, которые постоянно попадают в очевидные ловушки. Качество постановки драк оставляет желать лучшего, за исключением сцен, в которых участвует Беда. Остальные же, словно намеренно сняты в условиях плохой освещенности, чтобы скрыть их нелепость и неуклюжесть. Самая существенная проблема заключается в отсутствии единой сюжетной линии и проработанного повествования. Сначала внимание сосредотачивается на таинственных ключах, затем переходит к исчезнувшей королевской семье, и в итоге доходит до борьбы между существами и людьми, что выглядит как локализованный конфликт, ограниченный местоположением главных героев. Вскоре появляется загадочная организация, которая противостоит тем, кто пытается изменить мир существ, но ее происхождение и цели остаются неясными. В финальном сезоне все эти сюжетные нити переплетаются в клубок бессмыслицы, и в повествование вводится могущественный злодей, связанный с ключами, Евой и Адалиндой, а также с Ником. Создается впечатление, что сценарист решил создать хаотичную мешанину из всего, что было накоплено, но не было никого, кто бы взялся за расхлебывание этого творческого беспорядка. Мое возмущение последним сезоном достигло апогея. Он является квинтэссенцией глупости и бессмысленности! Я не рекомендую этот сериал, если только вы не стремитесь испытать нервное напряжение, наблюдая за абсурдным поведением персонажей.

Итак, после продолжительного просмотра, сформировались весьма противоречивые ощущения. Сериал, несомненно, обладает потенциалом, но не лишен ощутимых недочетов, за которые неизбежно следует порицание, наряду с заслуженными похвалами. Предупреждаю заранее, дальнейший рассказ будет содержать спойлеры – иной возможности изложить свои мысли, увы, не представляется. Концепция, хотя и не является откровением, тем не менее, очаровывает своей изящной переосмыслением давно знакомых нам сказок и мифов. В рамках этого мира, сказочные создания, веками скрывающиеся от человеческого взора, тайно сосуществуют с нами, маскируясь под обыденность. Лишь избранные, обладающие редчайшим даром, унаследованным семейством Гриммов, способны распознавать их в моменты крайней эмоциональной напряженности. Зачастую, эти существа подвергаются беспощадному искоренению, однако главный герой, воплощение справедливости и законности, стремится отделить зерна от плевел, выявляя тех, кто достоин милосердия, от тех, чья участь предрешена. Эта дихотомия, безусловно, является сильной стороной повествования, хотя, признаться, количество поверженных существ за время сериала достигло внушительной цифры, вне зависимости от предумышленности этих действий. В основном, структура повествования выстроена в духе детективного расследования, где каждая серия представляет собой отдельное, замкнутое дело. Однако к шестому сезону, прокрадывается навязчивое ощущение неполноты картины. Почему, собственно, в процветающем и многогранном Портленде разворачивается столь масштабный парад сказочных созданий, и почему расследованием этих загадочных происшествий занимаются лишь два детектива из одного полицейского участка? Более того, почему практически всегда злодеями оказываются именно существа? Неужели люди не способны на равнозначные зверства? Хотя, справедливости ради, подобные случаи и встречались, они всегда были мотивированы необходимостью самозащиты. Приходится признать, что нервная система местного коронера, с присущим ей хладнокровием, вызывает нескрываемое завистливое восхищение – даже при столь экстраординарных обстоятельствах, она сохраняет удивительную стойкость. Что же до детективов – они демонстрируют поразительное мастерство, умело сокрывая следы поверженных существ и виртуозно "заметая" улики в наиболее критических ситуациях, что заставляет задуматься об истинной природе справедливости. Что касается любовных линий – единственным искренним и трогательным союзом, выдержавшим испытание временем, оказалась связь между Монро и Розали. Остальные персонажи демонстрировали лишь поверхностное и мимолетное влечение, словно бессмысленно переходящие от одного к другому. Тем не менее, авторам необходимо отдать должное – любовный переплет, получившийся в результате, оказался весьма неожиданным, и, хотя он не смог исправить общее впечатление от сюжетной линии, он добавил динамики и интриги. Нельзя не отметить и неудачную попытку сценаристов вплести в канву событий нечто, что не совсем органично вписалось в общую концепцию, а затем, внезапно, было вычеркнуто. Загадочная королевская семья, изначально представленная как могущественный антагонист, вполне гармонично вписывалась в сказочную атмосферу. Но затем, сценаристам, словно, захотелось кого-то более грозного, и королевская семья была быстро устранена, уступив место невероятным событиям, граничащим с мировой катастрофой. Тайные организации, политические интриги и неадекватное поведение капитана – все это слилось в единый, непроглядный клубок. И, тем не менее, стоило Гриффам, действуя сообща, разобраться с этой путаницей, как над планетой воцарилось безмятежное спокойствие. Однако, едва успела наступить идиллия, как из глубин потустороннего мира явился древнее пророчество о злом дядюшке, практически непобедимом, если сражаться с ним всем миром, но, по иронии судьбы, доступном для поражения, только Гриммам. И, в завершение, нас ждал, несомненно, счастливый финал, что само по себе вызывает радостное облегчение, ведь нежелание видеть сериал незавершенным – вполне понятное чувство. Подводя итог, можно сказать, что сериал оказался чем-то средним – интересным, безусловно, но не лишенным заметных недочетов и раздражающих мелочей.

Вспоминается повесть Аркадия Аверченко – «Тысяча первый рассказ о замерзающем мальчике». В преддверие Рождества, под покровом мерцающего снега, писатель и художник блуждают по ночному городу. Их внимание привлекает фигура, съежившаяся от холода у подножия подъезда – замерзающий мальчик. Первоначальный порыв – сострадание, желание помочь, отогреть, накормить, облачить в теплое. Но по мере размышлений их одолевает острое осознание банальности происходящего. Ведь все святочные истории, казалось бы, завершаются именно таким образом, восторженным спасением и обретением тепла. И герои, отбросив предрассудки, уходят, оставляя мальчика на милость зимней стужи. Похожая участь постигла и создателей телевизионной адаптации сказок братьев Гримм. Причинно-следственная связь верной любви, как неиссякаемого источника вдохновения, обнадзеймившей их ранее, вдруг прервалась. Возможно, это прозрение явилось им в середине творческого процесса или же еще на этапе разработки концепции. Но одно оставалось неизбежным: поиск свежих и нетривиальных поворотов в традиционной схеме воссоединения любящих сердец представлялся трудоемким и малоперспективным. Сюжет требовал радикальных изменений. Подчинившись законам, продиктованным коммерцией и снижением рейтингов, авторы, следуя устоявшемуся шаблону "если персонаж потерял свою функцию, устраните его," совершили дерзкий, жестокий акт – "убили" прежний сюжет, причем на глазах у ошеломленной публики, в самом конце четвертого сезона, после почти девяноста эпизодов. Они перевернули правила игры, изменили "футбольный матч" в его самом сердце. Прозрачность, неподкупная честность намерений – вот, что всегда было визитной карточкой стиля «Гримма». Трансформация возлюбленной главного героя в ведьму – понятное решение. Её перерождение в "добрую ведьму" - тоже вполне объяснимо, ведь, по словам Генриетты, обратный процесс невозможен. Однако судьба Джульетты после контакта с таинственной волшебной палочкой осталась загадкой, окутанной непроглядным мраком. Палочка – это не человек, не существа, наделенные разумом и волей. Её мощь несопоставима ни с чем, и Генриетта совершенно не владела информацией о её истинной природе. Создатели "Твин Пикса" имеют право на эзотерическую недосказанность, на намеренное создание атмосферы тумана и неопределенности. Но не авторы «Гримма», которые добровольно выбрали путь прямолинейности и ясной аргументации. В результате, повествование утратило логическую связность, начало метаться, словно гончая в поисках хозяина. В сквозном сюжете начали происходить произвольные, не подкрепленные причинно-следственной связью, метаморфозы злодеев, антагонистов главного героя: королевская семья, «Черный Коготь», Люцифер… Одновременно произошел неумолимый упадок авторитета главного героя. Бёркхард отстранен от напряженной борьбы с бунтующими существами. Вернувшаяся Беда лишь мельком сообщает о победе над "Когтем". Ник зачастую действует под влиянием импульса, теряя контроль над собой. Не случайно многие зрители подвергли резкой критике его схватку с могущественным друидом, Стражем Леса. Из благородного рыцаря, бесстрашного защитника справедливости, Ник превратился в слабую, податливую фигуру, над которой можно потешаться. Авторы посмели подвергнуть его поспешному, непродуманному "женитьбе" на главной злодейке, плохо мотивировав ее преображение в ангела и еще более безасновательно – ее внезапно вспыхнувшее чувство к нему. Чтобы лишить Ника возможности вернуться к Джульетте, авторы выдумали жестокий сюжет, представляющий ее чуть ли не главной виновницей гибели его матери. Между тем, на протяжении большей части сериала любовь Ника и Джульетты служила центральной, эмоционально заряженной осью, скреплявшей повествование и придававшей ему теплоту и душевность. С исчезновением этого яркого чувства, «Гримм» превратился в обыденный, неуклюжий квест, лишенный былого очарования. Другими словами – мальчик замерз.

Погружение в мир «Гримма» поначалу вызывало во мне искреннюю симпатию и восхищение, обаяние его создателей и глубину характеров персонажей. Целых три, нет, даже почти четыре года я с замиранием сердца следил за разворачивающимися событиями, и даже некоторые эпизоды пятого сезона не смогли разрушить это ощущение. Однако, уже в четвертом сезоне я столкнулся с явной утратой связи с первоначальной концепцией, с ощущением, будто сценаристы и режиссеры утратили общее видение проекта. Прежде чем углубиться в анализ, хочу подчеркнуть, что претензий к актерскому составу у меня практически нет. В сериале собрана плеяда талантливых исполнителей – от выдающихся, до достойных и вполне приличных. Особо хочется отметить тех, чья работа зачастую остается в тени: Келли Бёркхарт, исполнившая роли Мари и Келли, – ее игра предельно точна, лаконична и лишена нарочитой театральности. Несмотря на небольшие роли, ее персонажи врезаются в память. Неоценимую роль в сериале сыграл Бад, чей комический талант привнесет легкость и разрядит напряженную атмосферу. Равноценно оцениваю и результаты кастинга на ключевые роли, они оказались безоговорочно удачными. Но главные вопросы я адресую создателям, дирижерам всего этого действа, – сценаристам и режиссёрам. Вопросы эти носят, прежде всего, нравственный аспект, поскольку, на мой взгляд, все остальное (визуальная составляющая, актерская игра, динамика сюжета) напрямую зависит от корректности или некорректности поставленных моральных ориентиров. Фэнтези, по сути, является разновидностью сказки, а в сказках, как положено, торжествуют базовые, незыблемые нравственные устои, наполненные романтикой и идеалами, служащие своеобразным этическим компасом в повседневной жизни. И что же мы видим в «Гримме»? Например, если рассматривать романтическую линию, то Ник, главный герой, с благосклонностью принимает злодеяния, совершенные Адалиной, когда она действует в состоянии трезвости ума и души. Но прощение любимой Джульетте, в силу безумного состояния, в которое её, кстати, и сама Адалинда, и он сам погрузили, Ник не дарует. В сериале осуждается насилие со стороны мужчин (травматичный эпизод с подругой, подвергшейся избиениям от мужа-шакала), но при этом, насилие, исходящее от женщин, фактически остается безнаказанным (Адалинда, посредством коварных манипуляций, совершает акт насилия над Ником). Кульминацией этого противоречия становится победа зла: Адалинда, в ранних сезонах являющая собой квинтэссенцию злодейки, получает вознаграждение в виде семьи, любви и кардинальной перемены характера, в то время как Джульетта, на протяжении большей части повествования выступающая в роли ангела-хранителя главного героя, подвергается суровому наказанию, теряя всё, что ей дорого. Складывается ощущение, будто авторы внезапно утратили способность отличать добро от зла. Шестой сезон сериала, особенно его финальная часть, закономерно обернулся явным провалом. Грубые, системные ошибки, допущенные в четвертом и пятом сезонах, не могли не привести к столь неудовлетворительному результату. Несмотря на всю привлекательность «Гримма», на его оригинальную концепцию, захватывающие сюжетные перипетии и запоминающиеся образы, психологически нелогичные сценарные и режиссерские решения существенно снижают качество сериала, особенно в его заключительной трети. Моя первоначальная оценка – восемь баллов из десяти – обернулась разочарованием и скромным результатом в пять с половиной баллов, что, к слову, полностью совпало с вердиктом американских кинокритиков.

Изысканные визуальные эффекты, о которых с восторгом рассуждают в бесчисленных интернет-площадках, посвященных фантастическим сериалам, откровенно не затрагивают моей эмоциональной чувствительности. В частности, это справедливо и для «Гримма». Гораздо большее значение имеет, напротив, глубокая достоверность персонажей, сложная ткань их взаимоотношений, обоснованность совершаемых ими поступков – в сущности, психологическая достоверность всего происходящего. Этот аспект представляется мне несоизмеримо важнее любой, даже наиболее блестящей, кинематографической декорации. С первых, несомненно привлекательных, сезонов этого сериала я уяснил один, казалось бы, несложный, но фундаментальный принцип: существо, будь то человек или нечто иное, лишенное способности к сопротивлению, не может нести ответственность за действия, совершенные под воздействием магической силы. Это не выбор, это вынужденное состояние. Позвольте мне проиллюстрировать это пару примеров. Вообразите Ника, чья воля покорилась очарованию Музы, готового на устранение соперника – будь он кто угодно – если бы не вмешательство Джульетты. Какова реакция его близких? Вместо осуждения и презрения, мы видим сочувствие и искреннее желание оказать поддержку. Другой случай: Розали, выполняющая обязанности присяжного заседателя, становится жертвой манипуляции Козлорога и выносит несправедливый вердикт, оправдывая преступника. Никто не позволяет себе упрекать Розали, осознавая, что она не властна над собой. Важно подчеркнуть: Ник и Розали, даже в состоянии подчинения магическому влиянию, не утратили свою сущность, не превратились в безжалостных убийц, блуждающих в ночи, или демонических духов. И даже Ренар, Ник и Хэнк не подвергали их суровому осуждению за деяния, совершенные в состоянии измененного сознания, в том числе за убийства. Однако возникают вопросы, требующие осмысления. Джульетта, будучи превращенной в ведьму, подверглась воздействию магической силы, многократно превосходящей силу, ощущенную Ником и Розали. Почему же именно она, жертва столь мощного колдовства, вдруг становится виноватой во всех последующих событиях? Почему окружение Джульетты, которое ранее демонстрировало понимание и терпимость к подобным ситуациям, вдруг отказывается от этих принципов? И, в более общем смысле: если человек, находящийся под гипнозом и лишенный свободы воли, наносит вам удар, на кого вы направите свой гнев – на жертву или на гипнотизёра? В сериале, к сожалению, не предоставляется удовлетворительного ответа на мое, и не только мое, недоумение. Причина потери логики, характеризующая поздние сезоны "Гримма", кроется не в замыслах режиссеров и сценаристов, а во внешних факторах. Единожды решив, что создание новой любовной линии для Ника, с неожиданной и эксцентричной партнершей, увлечет широкую аудиторию, создатели сериала попросту пренебрегли необходимостью сохранения психологической правдоподобности. Они допустили насилие над персонажами, возложив вину на Джульетту, лишь потому, что она рисковала своей жизнью ради любимого человека. Данное решение, без сомнения, стало одним из существенных просчетов, и в совокупности с прочими ошибками привело к заметному снижению общего уровня сериала.