сериал Коса

С первых же кадров этот сериал захватывает, словно в водоворот, удерживая внимание своей необычной атмосферой. Действие разворачивается в прибрежной местности, однако, что весьма примечательно, отходит от привычного образа черноморских курортов – отчасти уходя от стереотипного представления о "шашлыках под коньячок", столь живучего в сознании русского зрителя. Вместо этого, перед нами предстают пейзажи Балтики, пропитанные духом готической европейской культуры, где зыбкая дымка российской тоски перемешивается с приглушенными, блеклыми тонами, взрывающимися яркими, акцентирующими деталями. Это колоритная палитра, формирующая ощущение нереальности происходящего. Линда Лапиньш в этом проекте мастерски доводит до совершенства образ, который можно условно назвать "Женщиной-Рембо" – архетип, едва проблеснувший в сериале "Игра на выживание", но получивший здесь полное раскрытие. Её воплощение сильной, самодостаточной женщины, способной не только физически, но и морально бросить вызов патриархальному миру, оставаясь при этом сочувствующей и чувствительной натурой, откликнулось во мне глубочайшим образом. Ее игра словно переносит зрителя в эпицентр бури эмоций, заставляя сопереживать каждому её движению. Безусловно, в сюжете прослеживаются очертания голливудских клише: пистолет, бережно лежащий на прикроватной тумбочке, стильный автомобиль, на котором неизбежно должен перемещаться персонаж, обладающий проницательностью сыщика, заброшенный маяк, служащий своеобразным ядром повествования – список можно продолжать. Однако, вопреки опасениям, эти заимствования не выглядят вычурными или отвлекающими. Напротив, они, на мой взгляд, служат важным инструментом, позволяющим зрителю глубже проникнуть в суть персонажей, визуально закрепить их образы, и окончательно определить их роль в драматическом действе. Итоговое заключение, без всяких оговорок: настоятельно рекомендую к просмотру всем ценителям напряжения и интриги, тем, кто любит пощекотать нервы в попытках предугадать дальнейший ход событий. Хотя, признаюсь, я весьма сомневаюсь, что кому-либо это удастся – сюжет разворачивается настолько филигранно, что предвидеть его развязку практически невозможно.

Этот киноповествование оставило после себя ощущение диссонанса, словно вынырнув из смутных вод скандинавской мифологии. Картина пропитана атмосферой суровой северной природы: необъятное море, каменистый берег, над всем этим простирается тяжелый, свинцовый покров небес, а сверху, словно изнаночная сторона реальности, открываются петли извилистых дорог. Центральная фигура – женщина, наделенная несгибаемой волей и независимостью, однако, её внутренний мир скрывает хрупкость и некоторую отрешенность от действительности. Внутренние демоны, корни которых уходят в болезненные переживания детства, неумолимо преследуют её на протяжении всего фильма, не давая покоя и терзая душу. Впрочем, именно здесь и кроется моё замешательство. В таких знакомых работах, как "Хрустальный" и "Замаячный", главные герои, будучи следователями, также не избежали бремени психотравм, однако они были, пожалуй, менее обременительны, не столь разрушительны. В этих сериалах акцент был смещен от травматического опыта детства, тогда как в "Косе" эта тема, кажется, доведена до крайности, до чрезмерности. И возникает стойкое ощущение, что авторы, фильм за фильмом, демонстрируют нам всё более искаженную реальность, где нормальные, психически здоровые следователи – не более чем миф. Кажущееся успешное раскрытие преступлений происходит лишь благодаря людям, побитым жизнью, израненным внутренними шрамами. И этот неписаный посыл, эта нарочито навязываемая установка вызывает вопросы. Что за цель преследуют создатели, заставляя нас верить в то, что только травмированные души способны увидеть истину, проникнуть в самую суть зла? Несомненно, сюжет обладает притягательностью, он увлекает и держит в состоянии напряженного ожидания до самого заключительного аккорда. Однако, несмотря на эту кинематографическую ценность, я не вижу смысла в повторном просмотре. Оценка – скромные три-четыре балла из десяти.

Когда череда европейских кинематографических премий щедро осыпает дебютную серию, это почти безоговорочный признак погружения в декадентские глубины андеграундного кино, предвещающий мрачную, бескомпромиссную историю. Ощущение неизбежной и непроглядной тьмы витает в воздухе, словно густой туман. В эпицентре повествования, подобно прототипу из Ментора, оказывается расколотая детской травмой, неуравновешенная женщина-следователь. Она вооружена не только табельным оружием, но и целым арсеналом психологических шрамов, терзающих ее внутренний мир. Яркая внешность, воплощение силы и грации, контрастирует с бушующей в душе бурей. В качестве атрибутов часто присутствуют коллекционный автомобиль – символ свободы и отчужденности – и/или татуировки, повествующие о пережитых испытаниях и непроглядной боли. Ее существование лишено привычных устоев, уюта домашнего очага и теплоты семейных уз. Жизнь целиком поглощена работой, преследуемой навязчивой идеей, ставшей ее единственной путеводной звездой в бескрайнем океане отчаяния. Обитель ее не претендует на звание жилища: это скорее функциональное пространство, лишенное всякой декоративности и тепла. Еда для нее – лишь средство поддержания сил, а не источник удовольствия. Внешний вид намеренно небрежен, одежда – скорее мужская, чем женская, подчеркивающая ее отстраненность от общепринятых норм. Сексуальные связи - импульсивны и мимолетны, являясь лишь неустойчивой формой снятия нервного напряжения, попыткой заполнить пустоту в душе. Показатель эмоционального напряжения, демонстрируемый женскими персонажами, достигает небывалых высот, взрываясь каскадом истерик, порой непростительно театральных и вычурных, словно предназначенных для того, чтобы захватить внимание зрителя, не позволяя ему отвести взгляд от происходящего на экране. Этот фон истерических всхлипов и бурных страстей лишь усиливает ощущение тревоги и безысходности, окутывающее всю историю.