сериал Модный дом

## За кулисами блеска: о модной драме "La Maison" Сфера моды, словно изысканное ресторанное заведение, таит в себе неисчерпаемый потенциал для захватывающей телевизионной драмы. Однако, подобно сложности логистики переноса элитарного кулинарного мира на экран, адаптация этой индустрии для зрителя сопряжена с немалым вызовом. Следом за волной конкурсных реалити-шоу и неудачной попыткой воплотить на экране "Кулинарную конфессию" Энтони Бурдейна, французская драма "La Maison" представляет собой очередную попытку разгадать секрет модного успеха в формате развлекательного контента. Несмотря на то, что "Project Runway" остается своеобразным столпом жанра, последние проекты варьируются от восторженного поклонения ("Becoming Karl Lagerfeld") до вопиющей некомпетентности ("The New Look"). В отличие от предыдущих серий, черпавших вдохновение из жизни икон вроде Ив Сен-Лоран и Коко Шанель, "La Maison" позволяет себе смелые художественные вольности. Возможно, именно это обстоятельство объясняет его сравнительную силу среди новейших попыток привить миру моды развлекательное измерение. Созданный дуэтом Жозе Кальтагироне и Валентином Милвиллом и произведенный под чутким руководством Алекса Бергера, известного по работе над "Бюро", "La Maison" поражает своей легкостью и динамизмом, что, кажется, выходит за рамки сопоставления с миром "Наследства". Несмотря на то, что проект рискует столкнуться с типичными проблемами, свойственными творческому гению и масштабным инвестициям, ограниченным бюджетом, "La Maison" отворачивается от необходимости отдавать дань уважения ушедшим легендам и, вместо этого, сосредотачивается на создании истории вокруг амбициозных, расчетливых и непомерно богатых людей. Шоу, кажется, готово использовать современную, постоянно меняющуюся индустрию, как живительный сенокос для сюжета. И хотя "La Maison" не называет своих вдохновителей вслух, их влияние ощущается незримо. Дом моды Ledu, гордо носящий имя титулара, является всемирно известным брендом, одним из последних независимых производителей одежды во Франции. По своим масштабам и структуре он сопоставим с Chanel, а его требовательный дизайнер, Винсент (Ламберт Уилсон), также является членом семьи, словно Карл Лагерфельд был одним из Вертхаймеров. Главные соперники Леду, Ровелы, владеют конгломератом предметов роскоши, что и принесло им небывалые богатства во Франции – по сути, они являются французскими аналогами Арнаультов из LVMH, мегакорпорации, недавно выступившей спонсором Олимпийских игр в Париже. (LVMH уже подвергался насмешкам в "Эмили в Париже" – сериале, который, к сожалению, до сих пор удерживает пальму первенства в списке модных телепроектов). Но даже зрители, незнакомые с этими мета-отсылками, найдут множество интересных поворотов сюжета. Мы видим, как Винсент, под воздействием импульса, произносит расистскую тираду в стиле Джона Гальяно, что провоцирует серьезнейший пиар-кризис для Дома. Его давняя муза и верный помощник, Перл Фостер (Амира Казар), разрабатывает дерзкий план спасения Леду: привлечь Палому Кастель (Зита Ханрот), дочь давно ушедшей из жизни возлюбленной Винсента, на роль новой главы Дома. Палома и ее партнер, Йе-Джи (Пак Чжи-Мин), управляющие экологичной берлинской линией одежды, ориентированной на аутсайдерское искусство, а не на коммерцию, что делает их приход настоящим переворотом для всех заинтересованных сторон. Восхождение Паломы происходит параллельно с коварным замыслом матриарха Ровелов, Дианы (Кароль Буке), искоренить Леду навсегда. Брат Винсента, Виктор (Пьер Деладоншам), давно отдалился от семьи, женившись на бесцельной дочери Дианы (Флоранс Луарет Кайль) после размолвки с братом. (Однако они по-прежнему поддерживают тайную связь с Перл – это, как говорится, французский дух). Одержимая желанием укрепить свое положение над теми, кто смотрит на нее свысока за ее "новые деньги", Диана охотится за союзниками, которые могли бы помочь ей заполучить контроль над Леду. Среди них – неуверенный в себе племянник Винсента, Робинсон (Антуан Ренарц), мечтающий о собственной линии одежды, а не просто носящий фамильное имя. Мать Робинсона, Мари (Анн Консиньи), старается держаться в тени, посвящая себя своему тщеславному художественному фонду, но в ее гардеробной, несомненно, скрыты материалы для потенциального шантажа. Наблюдать за тем, как титаны розничной торговли, в отличие от мира финансов или СМИ, представлен как символ власти в стране, одновременно интригует и вызывает насмешку. (Здесь можно провести параллели с Роем из "Наследства": Ледусы владеют частным островом и публикуют семейные фотографии в прессе, имитируя образ любимой семьи). Однако это также добавляет новизны и напряжения в повествовании, даже если некоторые персонажи порой кажутся архетипичными. Палома, порой, служит вместилищем всех клише о социально-осознанных молодых людях, выдуманных сценаристами; едва ли она может открыть рот, не упомянув о сокращении отходов, гендерном равенстве или бодипозитиве. И все же, когда последний раз телевидение всерьез рассматривало феномен "зеленого промывания" или медленное поглощение независимых дизайнеров международными люксовыми группами? Или когда креативный директор Balmain, Оливье Рустен, предстал перед камерой в камео, словно настоящая знаменитость? Перл Касара предстает как более сложный и нюансированный персонаж - женщина, которая превратилась из пассивной модели в активного руководителя без соответствующего признания. "La Maison" выделяется своим сжатым, но динамичным повествованием, вмещающим в себя как корпоративный шпионаж, так и диагностику смертельных случаев. (Палома разрабатывает, запускает и производит свою дебютную коллекцию за невероятно короткий срок – всего несколько недель). Этот темп и легкость напоминают "Позовите мой агент!" и "Капли богов" – два других франкоязычных сериала, завоевавших некоторую популярность в последние годы. Но, в сущности, "La Maison" просто наверстывает упущенное время. Долгое время идея сериала, основанного на моде, была голливудским эквивалентом дизайнерского эскиза – предположением, лишенным реализации. В "La Maison", эта гипотеза, наконец, готова выйти на подиум.

Этот фильм – не просто визуальное полотно, это дерзновенное, пронзительное исследование самых сокровенных ран детства, чьи отголоски, подобно ядовитым корням, прорастают сквозь годы, искажая личность и порождая глубокие, хронические патологии. Тот, кто усмотрит в нем лишь мимолетную тенденцию, несомненно, обладает исключительно поверхностным взглядом на вещи, воспитанным духом конформизма и предписанием не обращать внимания на высшие сферы постижения. Трагизм сюжета разворачивается вокруг человека, чья жизнь целиком поглощена маниакальным стремлением к возмездию. Он, словно одержимый, выстраивает сложную, зыбкую историю мести, поглощая себя ею настолько, что утрачивает связь с реальностью, игнорируя самые близкие и дорогие люди – мужа, дочь, весь мир вокруг. Его единственная, всепоглощающая цель – отмщение матери за пережитые в детстве обиды, на того человека, который должен был дарить безусловную любовь и защиту. "Но что насчет моды?" – справедливо спросите вы, внимательный зритель. И действительно, мода предстает здесь не самоцелью, а лишь изысканным, стильным антуражем, обрамляющим повествование о вселенской боли, о неиссякаемом источнике человеческих страстей. Весь фильм представляет собой бунтарный, взрывоопасный коктейль, в котором сталкиваются детские травмы и зрелые комплексы, где не жадность, а глубоко укоренившиеся обиды, разжигающие вражду, выступают движущей силой. Самое тревожное, что в современной эпохе человечество утратило способность к эмпатии, к пониманию чужого внутреннего мира. Даже если на поверхности устанавливается кажущееся взаимопонимание, за ним скрывается стойкая приверженность собственным убеждениям и неутолимое стремление к реваншу, доведенное до абсурда. Жажда отмщения становится навязчивой идеей, затмевающей разум и толкающей на крайние меры, даже если это влечет за собой гибель. Я настоятельно рекомендую этот фильм к просмотру, причем не только для тех, кто увлечен модными трендами, хотя и они несомненно найдут в нем что-то для себя. Это действительно шедевральный фильм – редкое сочетание эстетического наслаждения, обращенного к глазам, эмоционального воздействия на сердце и интеллектуальной стимуляции для ума. Он несомненно заставит вас поразмышлять, это умное, бескомпромиссное и глубокое произведение, заслуженное самые искренние поздравления всем создателям и исполнителям ролей.