сериал Поворот ключа

Творчество прошлых эпох, особенно сериалы, порожденные уходящим веком, обладает некой особенной, почти мистической аурой. Просмотр этих картин – словно путешествие во времени, когда мелодия, звучащая из глубины экранной истории, например, проникновенная песня, являющаяся квинтэссенцией "Поворота Ключа", сама пронизывает дух произведения. Это нечто совершенно непохожее на современное телевизионное пространство. Перенося нас в турбулентные девяностые, эти сериалы воссоздают атмосферу опасности, когда искренность, кажущаяся простой данность сегодня, могла стоить человеку жизни. Журналистика, тогда, была актом гражданского мужества, а не просто профессией. Искатели правды, с копнувшие в грязь лицом, сталкивались с гневным сопротивлением, испытывая на себе всю тяжесть власти, готовой подавить любое проявление независимости. Безусловно, подобные проявления встречаются и в наши дни, но та эпоха обладала той густотой, той необузданностью, которая отличала ее от нынешней, более приглушенной реальности. Те времена забрали у нас немало ярких, выдающихся личностей, просто исчезнувших из виду, ставших жертвами своей осведомленности и способности раскрывать скрытую правду. Девяностые были временем величайших потрясений, настоящей борьбы за выживание, за контроль над ресурсами и влиянием. В погоне за властью и богатством, в этом водовороте событий, оказались и чиновники, и криминальные авторитеты, зачастую действующие в тесном симбиозе, а иногда и в прямой конкуренции. В центре повествования сериала – журналисты, среди которых выделяется Юрий Рогозин, столкнувшийся с моральной дилеммой: предложение от старого приятеля, Бориса, о "халтуре" за внушительную сумму, достаточную для покупки супруге, Екатерине, роскошной шубы. Но даже в погоне за материальным благополучием, прошлое не отпускает. Юрий вынужден сопроводить Бориса на могилу Надежды Бельцер, их коллеги, погибшей при обстоятельствах, окутанных тайной. Сорок дней после кончины, десять лет совместной работы, годы, наполненные взаимной преданностью – все это подчеркивает глубину утраты. Журналисты – это отдельный, загадочный вид людей, не всегда понятный на первый взгляд. Перед отъездом Юрий звонит жене, откладывая визит на родительское собрание к дочери, и предчувствует неизбежное. Он не знает подробностей гибели Надежды, зная лишь, что в момент трагедии находился в командировке. Боря, в свою очередь, объясняет произошедшее сердечным приступом, предостерегая от южных поездок, и намекает на готовящуюся к эфиру резонансную передачу, способную взволновать общество. Однако накануне выхода в эфир дочь Надежды обнаруживает мать без сознания, вызывая скорую помощь, которая прибыла слишком поздно. В возникших слухах о намеренном убийстве, о мести мафии за раскрытие компрометирующей информации, прослеживается зловещая тень. Жизнь этих людей была исполнена безрассудного риска, бесстрашия и самопожертвования. Их стремление к правде, порой, граничило с безумием. Сегодня на экранах, увы, редко встретишь подобную искренность, преданность своим убеждениям. Вместо этого – поток бессмысленных и фальшивых программ, лишенных глубины и подлинности. Девяностые годы подарили нам журналистов, смело шедших в атаку на власти, открыто высказывающих свое мнение и предоставляющих неопровержимые факты и свидетельства. Нельзя не провести параллель с трагической судьбой известного российского журналиста Владислава Листьева, чья смерть стала национальным потрясением, но так и не принесла ответов на главные вопросы. Подобная сюжетная канва, с заменой действующих лиц, не меняет сути трагедии, а лишь подчеркивает ее универсальность. Этот сериал – настоящая находка, произведение искусства, которое стоит пересмотреть, ведь он словно окно в прошлое, где люди еще могли говорить то, что думают, а не притворяться, давая представление о реальности. Всё эти современники, вроде Гордона, Малахова и подобных, не способны передать ту атмосферу.