сериал Пронзительно громко

Этот проект, позиционируемый как собрание миниатюрных повествований, отсылает к знаковым работам вроде "Измерение 404", "Байки из Склепа" или безумным фантазиям Бобкета Голдтуэйта. Однако, несмотря на заявленную новизну, он, к сожалению, следует проторенной дорожкой, соединяя различные элементы в единую, несколько искусственную структуру. Зрителя подстерегает пестрый, броский визуальный ряд, дорогостоящие панорамы, но, увы, лица актеров кажутся смутно знакомыми, словно уже мелькали в других, менее запоминающихся картинах. Попытка вызвать эмоциональный отклик с помощью провокационных ситуаций выглядит несколько навязчивой и лишена той искренней, личной вовлеченности, которая свойственна работам Голдтуэйта. Нельзя отрицать американское качество исполнения, но, пожалуй, ассоциации с фильмом "Телепорт" с Хейденом Кристенсеном возникают не случайно – это попытка эпатировать, создать ощущение шока, но без глубины и убедительности. Каждая серия, безусловно, обладает определенным потенциалом, и, возможно, привлекла бы больше внимания, если бы ее выделили в отдельный проект. Некоторые зрители усматривают в происходящем отражение жизненных ситуаций, другие – виртуозное переплетение сюрреалистических элементов, словно черпающих вдохновение из параллельной вселенной. Действительно, чтобы воплотить подобные концепции, требуется определенная отстраненность от нормы, либо некое внутреннее стеснение, которое толкает создателя на столь смелый эксперимент. Сериал небрежно балансирует на границе дозволенного, готовый в любой момент переступить ее и оскорбить общественную мораль. Встречаются сцены, способные вызвать недоумение, даже отвращение: неверность, извращенные сексуальные предпочтения, жестокое обращение с животными… Список можно продолжать. Возможно, само название "ROAR" ("Крик") отражает не только содержание, но и намерение авторов – вызвать резонанс, спровоцировать дискуссию. Сериал захватывает, заставляет смотреть "на одном дыхании", но одновременно оставляет гнетущее впечатление, предвещая бессомницу. Зрителя, кажется, обрушили под лавину неприятных, порой шокирующих образов. Роль в одной из сцен, затрагивающей нетипичные темы, сама по себе может рассматриваться как трагический поворот в карьере актрисы. Особое раздражение вызывает вступительная заставка – она намеренно напоминает "Люцифера" (2016), однако последующее содержание совершенно не соответствует создаваемому впечатлению. Отражение проблем, затрагивающих женскую аудиторию, приобретает отстраненный, абстрактный характер. Невозможно говорить о каком-либо диагнозе – скорее, это проявление защитного механизма, заставляющего воспринимать действительность искаженной, далекой от реальности. Подобное состояние, к сожалению, не чуждо и самому зрителю. В заключение хочется подчеркнуть, что в любой, самой экстравагантной и неординарной ситуации, важно не утратить человечность, сохранить моральные ориентиры, как это было в эпоху Дикого Запада, когда законы цивилизации были лишь слабым воспоминанием.