сериал В лабиринтах затопленного леса

С юных лет меня неминуемо тянуло к водной стихии, к неспешному ритуалу рыбалки. Я открывал для себя ее многоликость – от искрометной игры блесны, заставляющей хищника яростно бросаться на нее, до нежной, трепетной работы поплавочной удочки, позволяющей приручить спокойную, осторожную рыбу. Не чурался я и нахлыстовой рыбалки, техника которой дарит возможность выудить действительно внушительного размера трофей. Что касается подводных дебютов, то, признаюсь, я не осмелился на охоту с подводным ружьем – не хватило бы душевной стойкости. Зато не раз погружался в водную бездну, облаченный лишь в маску, позволяющую лицезреть ее таинственные глубины. Это занятие не для слабохарактерных, особенно если ты любитель без акваланга. Необходимо выбирать проверенные места, где ты уверен, что тебя ничего не подстерегает. Подводный мир полон неожиданностей: ледяные течения, способные обжечь кожу, коряги, что, подгоняемые течением, могут зацепить за ногу или даже ударить по голове. Наблюдая за работой профессионалов, за их плавностью и уверенностью в водной стихии, я осознавал всю сложность этой дисциплины, понимал, что мгновенного успеха здесь не добиться. По странному стечению обстоятельств, чем дольше я наблюдал этот документальный цикл, тем сильнее меня одолевало чувство жалости… к самой рыбе. Мне было искренне жаль крупных сомов или карпов, которых, словно беззащитных жертв, пронзали гарпуном на глубине шести метров, прямо в область головы. Говорили, что это работа рук мастеров, рыболовного спорта, но даже это не смягчало горечи от увиденного. Кажется, что более уместно было бы назвать их просто рыболовами, охотниками, ведь рыба, в конечном счете, предназначена для пропитания, а не для спортивных достижений. Неизменно вызывало печаль созерцание водной глади, в которой спокойно скользят обитатели, скромный мир подводной растительности. И когда ведущий повествует о затопленном лесу, перед внутренним взором возникают апокалиптические образы. В начале сериала звучало испански романтичное фламенко, которое позже сменилось другой музыкой, придающей всему повествованию атмосферу обреченности, чувство неотвратимости. Обычно я предпочитаю любительские записи, съемки с лодки или берега, но этот документальный стиль, отходящий от привычного, был особенным. В отличие от американских проектов, полных драйва, бушующих штормов и гигантской рыбы, этот сериал казался задушевным, даже меланхоличным. Что-то во мне изменилось. Хотя проект и давал ценные советы – показывал технику стрельбы из подводного ружья, рассказывал о местах обитания сомов, – я жаждал видеть больше самой рыбы, наслаждаться ее красотой, ощущать ее невинность. Не знаю, какие ожидания вы возлагаете на подобные проекты, но я рассчитывал на солнечное приключение, на возможность не только увидеть спортивный азарт, но и разделить радость от созерцания, от встречи с этими удивительными созданиями. Нам и показали рыбу, словно в аквариуме, и линя, и мою любимую красноперку, но все равно впечатление было какое-то… космически грустное. Слово "космическое" я употребил преднамеренно, чтобы подчеркнуть влияние музыкального сопровождения, создававшего ощущение воспоминаний, утраты. Мое отношение к сериалу получилось неоднозначным: я хотел поднять себе настроение, а вместо этого испытал щемящую грусть. Тем не менее, смотреть его стоит. Здесь интересно показана подводная жизнь, пусть и не изобилующая пышной растительностью, но знакомая до мельчайших деталей – водоросли, рыбы, затонувшие коряги. "В лабиринтах затопленного леса" – необычный и визуально захватывающий проект. Если вы хотите углубить свои знания о подводной рыбалке, смело рекомендую его к просмотру.