сериал Записи об одном поцелуе

В центре повествования – талантливая актриса Вэйвэй, чья карьера, казалось, обрела новый импульс благодаря роли коварной Сюй Сиянь. Эта сложная и многогранная персона ожила в ее интерпретации, и, похоже, эта привязанность оказалась глубокой и продолжительной. Вэйвэй была неразрывно связана с производством масштабного исторического полотна «Летописи опадающих грушевых цветов». Несколько лет назад ей посчастливилось трижды подряд украсить экран своим присутствием, что воспринялось как ощутимый прорыв. Безусловно, Вэйвэй обладала завораживающей харизмой перед камерой, однако ей до сих пор не доверяли предоставлять ей существенные роли, требующие длительного экранного времени. Окончательное решение сценаристов об устранении ее героини повергло актрису в состояние глубокого потрясения. Линия персонажа была грубо оборвана, и сюжетный мотив казни оказался, как ни цинично, согласован с моментом, когда Вэйвэй планировала представить свой актерский триумф перед близкими. Гнев затопил душу актрисы, она чувствовала себя преданной, справедливость отняла у нее то, к чему она так стремилась. Продюсер, словно отстраненный наблюдатель, вынес вердикт о необходимости ликвидации злодейки, оправдывая это необходимостью углубить драматическую линию главной героини. Решение казалось жестоким и бездушным, вызывая у Вэйвэй приступ неконтролируемого возмущения. Ее эмоции достигли апогея, и она потеряла сознание, погрузившись в небытие. В момент, когда рассудок казался покинул ее, глубоко внутри, в безграничных просторах подсознания, пробудилась непредсказуемая, скрытая доселе способность: возможность перемещения между реальностями, между миром под гримом и реальным существованием. Теперь она могла проживать жизнь и в привычном ей мире, и в декорациях постановки. Сюй Сиянь, пережив, казалось бы, неминуемую гибель, дала клятву прожить яркую, счастливую жизнь. Она чудом избежала участи, уготованной ей сценаристами, открыв тем самым новую, захватывающую главу в своей судьбе, полную неожиданностей и возможностей. Ее возрождение стало одновременно и гневным протестом против несправедливости, и началом пути к самоопределению.